Требуются покупатели

Вла­сти Казах­ста­на про­дол­жа­ют рас­про­да­вать акти­вы, кото­рые ранее при­над­ле­жа­ли род­ствен­ни­кам и при­бли­жён­ным пер­во­го пре­зи­ден­та. Полу­ча­ет­ся не очень. Объ­ек­ты про­да­ют­ся с тру­дом и со скидками.

Оче­ред­ной лот – это тор­го­во-офис­ный центр Kaisar Plaza в Алма­ты. Девя­ти­этаж­ное зда­ние с пар­кин­гом и пано­рам­ным эта­жом в 2023 году пере­шло на баланс Мини­стер­ства финан­сов после того, как его при­зна­ли при­об­ре­тён­ным неза­кон­ным путём. Ранее недви­жи­мость при­над­ле­жа­ла Кай­ра­ту Сатыбалды.

Теперь ком­па­ния по управ­ле­нию воз­вра­щён­ны­ми акти­ва­ми (КУВА) выста­ви­ла зда­ние на госу­дар­ствен­ный аук­ци­он. Стар­то­вая цена 61 млрд тен­ге. В неё вклю­че­ны само зда­ние и пра­во арен­ды земель­но­го участ­ка. Гаран­тий­ный взнос – 9,2 млрд тен­ге, тор­ги назна­че­ны на 7 апре­ля.

Сей­час в Kaisar Plaza рабо­та­ют 53 арен­да­то­ра – от бан­ков до СМИ и кофе­ен. Это, впро­чем, не дела­ет объ­ект более лик­вид­ным: опыт с дру­ги­ми «воз­вра­щён­ны­ми» акти­ва­ми пока­зы­ва­ет, что даже вос­тре­бо­ван­ную недви­жи­мость при­хо­дит­ся про­да­вать по несколь­ку раз, посто­ян­но сни­жая цену.

Харак­тер­ный при­мер – рынок «Бай­сат». Его уже три­жды выстав­ля­ли на тор­ги: в декаб­ре за него про­си­ли почти 26,7 млрд тен­ге, в нояб­ре уже 28 млрд, а к янва­рю цену сни­зи­ли до 24,7 млрд. Поку­па­те­ля это всё рав­но не привлекло.

Парал­лель­но КУВА сно­ва пыта­ет­ся про­дать акти­вы, свя­зан­ные с Тиму­ром Кули­ба­е­вым. На повтор­ные элек­трон­ные тор­ги выстав­ле­ны, в част­но­сти, 20% акций Kundybai Mining – теперь уже за 43,6 млн тен­ге (ранее пакет оце­ни­ва­ли доро­же), а так­же несколь­ко элит­ных квар­тир в Алма­ты. Отдель­но на элек­трон­ный тен­дер вынес­ли 38 лотов с юве­лир­ны­ми изде­ли­я­ми и часа­ми – общая стар­то­вая сто­и­мость 743 млн тен­ге.

Фор­маль­но участ­во­вать в тор­гах может любой жела­ю­щий, про­це­ду­ры про­хо­дят онлайн. Фак­ти­че­ски же госу­дар­ство стал­ки­ва­ет­ся с про­стой про­бле­мой: даже «кро­хи» из чис­ла уже воз­вра­щён­ных акти­вов про­да­ют­ся тяже­ло и не с пер­во­го раза.

И это, пожа­луй, глав­ный итог кам­па­нии по воз­вра­ту иму­ще­ства. Если рынок с тру­дом пере­ва­ри­ва­ет даже эти объ­ек­ты, оста­ёт­ся откры­тым вопрос: что будет, если госу­дар­ству дей­стви­тель­но вер­нут всё? Пока ответ оче­ви­ден, до это­го очень далеко.

Алдиар Бауы­р­жанұ­лы, «D»