Как российская система использовала Нурлана Сабурова, затем выбросила без анестезии
История с запретом на въезд в Россию Нурлану Сабурову на 50 лет мгновенно затмила все события уходящей недели. ТАСС и РИА Новости синхронно объяснили произошедшее «критикой СВО», миграционными и налоговыми нарушениями. Формула привычная, универсальная, как «по техническим причинам». Но слишком аккуратная, чтобы быть правдой.
Сам виновник шумихи тем временем без комментариев, без света софитов и без любимых стендап-пауз той же ночью тихо вылетел из Москвы в Алматы. По данным «Важных историй», настоящая причина отмены Сабурова в России куда прозаичнее и куда неприятнее для всех участников этого спектакля. Источник издания утверждает, что инициатором стала Вторая служба ФСБ – структура, занимающаяся «защитой конституционного строя». Если верить этой версии, Сабурова не наказывали за позицию – его выкинули за неполную лояльность.
Комика, по словам собеседника, неоднократно вызывали на Лубянку. Долго разговаривали, предлагали «сотрудничество». Он не соглашался, но и не отказывался – тянул время, как человек, который до последнего надеется, что токсичный контракт рассосётся сам собой. Не рассосался. В 2025 году, как утверждается, ему поставили ультиматум: либо контракт с армией и год на СВО, либо чемодан – вокзал – другая страна.
Естественно, никаких подтверждений этому нет, но точно подтверждено другое. Нурлан Сабуров не молчал, он демонстрировал лояльность российскому курсу публично и дорого. Десять мотоциклов «эндуро» для бойцов ЧВК «Вагнер». Два миллиона рублей фонду «Всё для победы». Пожелания успехов российским военным. Это уже не назовешь нейтралитетом. Это попытка встроиться, купить индульгенцию и стать «своим».
Не вышло.
Судя по всему, от него ожидали большего – не просто донатов, а готовности стать частью механизма. Не символической поддержки, а физического присутствия в нужной форме и в нужном месте. Лояльность в России штука конкретная: либо ты полностью внутри, либо ты уже лишний.
Концерты Сабурова начали отменять ещё в конце 2025 года – география широкая, как сама страна: Обнинск, Рязань, Екатеринбург, Омск, Тюмень. И вот наступил финал. По версии телеграм-канала Shot, комик прилетел в Москву из ОАЭ на съёмки рекламы, но на паспортном контроле его отвели в сторону и вручили уведомление о запрете на въезд.
Это, кстати, был не первый звонок. В мае 2025 года Сабурова уже задерживали в Шереметьево за «нарушение миграционного законодательства», штрафовали и вежливо предлагали «въехать обратно законно». Тогда же в госСМИ всплыли рассказы о попытках легализации доходов через посредников и недвижимости в России на сумму более 60 миллионов рублей. Это довольно внушительное имущество, которое теперь осталось по ту сторону границы вместе с иллюзиями.
Важно зафиксировать: никакой публичной антивоенной позиции у Сабурова не было. Ни до, ни после. В США он становился героем совсем других скандалов. В Чикаго неуместная шутка над украинской активисткой с антивоенной акцией. В Лос-Анджелесе объяснения про страхи и семью. В 2022 году жалобы на «русофобию» и отмены концертов.
После изгнания из России в казахстанских соцсетях внезапно запустился процесс канонизации. Сабурова начали представлять едва ли не как жертву режима, пострадавшего за позицию. Но эта версия долго не продержалась. Казахстанцы быстро напомнили комику и про его шутки с унижением казахского языка, и про слишком демонстративную лояльность российской повестке.
Более того, в Казахстане зазвучали и вполне конкретные требования. Пользователи и активисты призывают Генпрокуратуру проверить информацию о финансовой помощи вагнеровцам. Потому что по казахстанским законам гражданам страны запрещено любое участие, даже косвенное, в вооружённых конфликтах за рубежом. Здесь уже не до метафор и не до стендапа. В сухом остатке это история не про репрессию и не про гражданское мужество. Это история о выкидыше.
Российская система вынашивает «полезных» долго, кормит обещаниями, позволяет зарабатывать, покупать недвижимость, накапливать статус. А потом, выжав все ресурсы, она просто выбрасывает ненужный плод. Без сожалений и без объяснений. В шоу-бизнесе это не репрессия, а утилизация.
Сабурова не наказали за взгляды – у него их, по большому счёту, так и не появилось. Его списали как актив, который не оправдал ожиданий. Не стал достаточно надёжным. Не дошёл до нужной кондиции. Именно поэтому отдельные попытки сделать из него символ сопротивления России выглядят особенно фальшиво.
Сабуров не герой и не мученик. Он – наглядная иллюстрация иллюзии, той самой, в которую до сих пор верят артисты, блогеры и медиаперсоны с постсоветской периферии. Иллюзии о том, что в России можно быть «своим», если ты достаточно талантлив, достаточно полезен и достаточно долго молчишь. Нельзя. Система не усыновляет и не удочеряет – она либо использует, либо выбрасывает. И чаще всего делает и то, и другое.
Қайрат Қайкенұлы, «D»