РЕФОРМЫ для ПРОФОРМЫ

blank

Что на самом деле стоит за токаевскими преобразованиями?

В прошлую пятницу, 15 января, «временно прописанный» в Акорде гражданин Токаев выступил перед вновь назначенным депутатским корпусом. Он вскрыл перед ними так называемый «второй пакет реформ», состоящий из семи пунктов и призванный обновить социально-экономическую и политическую ситуацию в стране. Все, в том числе сам оратор и его слушатели, понимают, что на эти реформы для проформы не следует обращать особого внимания, однако нужно знать, с кем имеем дело, поэтому ознакомим читателя с основными положениями «пакета» и объясним, что именно имели в виду составители документа.

Начать, наверное, следует с того, что выступление Токаева случилось на пятый день после того, что у нас по привычке называют «выборами». Безусловно, оно было запланировано заранее – еще накануне Дня независимости во время раздачи медалек себеподобным он отметил, что новый пакет реформ будет озвучен в начале января, а презентация этого пакета была произведена в сентябре – в рамках послания.

Забегая вперед, можно сказать, что ничего особого в новом проекте Токаева не было – абсолютно ничего не мешало осуществить все это в прошлом и даже позапрошлом году. Но сценарий транзитного периода был расписан заранее, и никаких серьезных отклонений от него быть не должно, даже если реалии настойчиво диктовали противоположное. Да, конечно, кое-какие правки и дополнения вносились «по ходу», но чаще это было сделано для «информационного повода» или усиления некоторых моментов. Естественно, в пользу власти, которая вдруг захотела сама себя реформировать.

Другими словами, к нынешним инициативам Акорды нужно относиться сдержанно, без эмоций и пустого критиканства – ведь нужно понимать, что задумала власть. Можно еще задаться вопросом – во сколько все это сомнительное удовольствие обойдется нам, налогоплательщикам, и соответственно, какая часть из этих миллиардов уйдет в карманы самих главных «реформаторов» и исполнителей на местах, но об этом стоит поговорить отдельно. Пока же попробуем выяснить, что стоит за «наполеоновскими планами» властей. Понимаем, что это не очень интересно, но все же познавательно – нужно знать, что хочет партия и правительство.

Сначала экономика

Чтобы сразу закрыть денежную тему, сначала рассмотрим социально-экономический блок выступления Токаева. Какие-то конкретные вещи можно будет говорить после заседания высшего совета при президенте, назначенного на конец января, но судя по членам этой компании, включающей Тимура Кулибаева и членов правительства (то есть тех, кто весь этот бардак в экономике и устроил), ничего путного ждать не приходится. Очевидно, что будут лоббироваться интересы только отдельных ФПГ (финансово-промышленных группировок), которые в простонародье называются «кланами». А «избранные» депутаты должны этому делу подмахнуть, приняв соответствующие законы и обойдя вниманием контроль за расходованием средств.

Безусловно, будут какие-то «пряники» в виде точечной (адресной) социальной помощи – не без этого, но, как у нас принято, они будут направлены в большей степени не для помощи гражданам, а для поднятия собственного имиджа и для повода заявить, что мы столько-то потратили на народ. Здесь, кстати, нужно учитывать: поддержка оказывается не отдельным категориям граждан, а тем, кто смог пройти мудреный квест для получения АСП. А что касается всех других, то они по-прежнему будут предоставлены сами себе. Между прочим, вся эта затея с предоставлением возможности казахстанцам забирать (в строгих рамках) свои пенсионные накопления, тоже говорит о том, что правительство признает отсутствие денег в казне и хочет заранее «умыть руки».

«В целом системные преобразования будут продолжены», – сказал Касым-Жомарт Кемелевич, и эта фраза звучала как угроза, так как все прекрасно осведомлены, что было раньше и чем все это закончилось (в лучшем случае – ничем). Это касается и обещанного упрощения бюджетных процедур, что в теории может означать усложнение воровства на местах. Но учитывая тот момент, что местные бюджеты теперь в большей степени будут отданы на откуп региональным маслихатам, а они в свою очередь «выбраны» по образу и подобию мажилиса, то это тоже лишь видимость открытости.

«Неслышащее государство»

Вообще, в ходе выступления оратор опять сел на любимого конька про «слышащее государство», «обратную связь» и «общественные советы», но на этот раз не так уверенно, как в начале своего президентства. Упомянул он и о выборности акимов, но не стал уточнять, будут ли они прямые или, как следует ожидать, опять руками маслихатовцев. Таким образом, можно сделать вывод, что даже на официальном уровне реформаторский пыл у нынешнего руководства страны заметно поутих. Поэтому ему приходится обещать в меньших объемах и с меньшим качеством.

Так, например, уже не было конкретики в браваде по реформированию госаппарата и оптимизации квазигосударственного сектора. Возможно, это была лишь демоверсия «второго пакета», но надо напомнить, что о модернизации государственного аппарата Токаев тоже говорил прежде, пообещав сократить госслужащих на 25 процентов. Это выглядит немного лукаво, так как он тут же заявляет о создании новых агентств и министерств, да и мало кто верит, что сокращение клерков будет проходит на справедливой основе и не подогреет внутреннюю коррупцию. Впрочем, нужно заглядывать глубже, так как проблема эффективности работы всего госаппарата не в его раздутости, а в системе, заложенной в него изначально. И никакими нормативными актами это не исправишь хотя бы потому, что акты эти выпускают все те же лица. А вот об этом не было сказано ни слова ни тогда, ни сейчас.

К этому пункту выступающий зачем-то пристегнул «цифровизацию» – ведь даже далекий от новых технологий человек понимает, что усовершенствование телефонного аппарата и модернизация аппарата государственного – это вещи, лежащие в разных плоскостях. Зато более подходяще объединить это с реформированием судебной и правоохранительной систем. По идее эти направления должны рассматриваться и, соответственно, реформироваться отдельно – касательно норм права, но тем самым власть признались, что действия судей и бездействие полиции является прерогативой режима, его рычагами давления.

О правах граждан оратор тоже упомянул – не без этого, но мы останавливаться на этом не станем, так как понятно, что любое слово, сказанное им по поводу правозащитной деятельности, является самообманом и обманом окружающих. Хотя бы на фоне жестоких действий спецназа в отношении мирного шествия в день выборов и бессовестного воровства голосов тогда же. Как бы не замечая этого, номинальный глава «слышащего» государства «перевел стрелки» по нарушениям прав человека на регионы – мол, именно там, в небольших городах и поселках нашей необъятной родины и происходит беспредел по отношению к казахстанцам, а в обеих столицах все спокойно. И это тоже был своеобразный месседж обществу – Акорда не обращала и не намерена обращать впредь внимания на подобные вещи, а наоборот, будет продолжать практику репрессивных действий против инакомыслия. Самый свежий пример – наезд налоговиков на НПО, занимающихся правозащитной деятельностью и наблюдением за выборами.

Выбор будет?

Но несомненно самой запоминающейся частью выступления Токаева было упоминание о выборах. Причем об этом он сказал в двух пунктах. Сначала он поведал о том, что можно уменьшить проходной балл в мажилис с 7 до 5 процентов – мол, это позволит улучшить политическую конкуренцию. При этом выступающий зачем-то сказал, что некоторые партии «потеряли голоса». Понятно, что он не имел в виду воровство голосов и перераспределение их руками центризбиркома, но все равно из его уст это звучало забавно. В любом случае понятно, что дело даже не в 7-процентном барьере, а в том, как считают эти проценты. Точнее, как подводят полученный результат под заранее готовые цифры. А политическая конкуренция невозможна среди партий-сателлитов – нужно, как минимум, регистрировать новую, и не одну.

Наивную улыбку вызвало сетование Касым-Жомарта Кемелевича на то, что у нас нет графы «против всех», как в нормальных странах, заявив, что ее нужно ввести в наши бюллетени. Он либо забыл, либо не знал, что такая графа существовала до нулевых годов, а потом исчезла без каких-либо юридических оснований. Поэтому требовать ее возвращения по меньшей мере глупо. Как правильно было замечено, эти пункты совершенно спокойно можно было ввести до выборов, но ведь тогда и «Нур Отан», и сам ее представитель в Акорде, мягко говоря, попали бы впростак, даже учитывая массовые нарушения на выборах.

Впрочем, тема про «против всех» скорее всего была включена в речь Токаева уже после «10.01», и включена неуклюже – попала в раздел по правам человека. Получилась некая оговорка по-Фрейду – Акорда признала, что фальсификации являются нарушением прав граждан РК. В общем, если читать (слушать) выступление «квартиросъемщика» из Акорды «между строк», то становится понятно, что дела у власти плохи и нет былой уверенности в себе и своем будущем. Того гляди, могут даже на честные выборы пойти и заняться возвращением миллиардов, выведенных за «кордон». Хотя это тоже будет имитацией.

И последнее. В речи Токаева то и дело звучали слова «должны» или «должна» в смысле, что такое должно быть, но ни одного слова «будет». Ни одного требования – все в виде просьбы и пожеланий типа «эх, хорошо было бы, если бы получилось так». И это слова и фразы того, кто считает себя президентом страны?

Мирас НУРМУХАНБЕТОВ,

«D»

Добавить комментарий

Республиканский еженедельник онлайн