fbpx
blank

Герольд БЕЛЬГЕР «ОТАМАЛЫ»

«Обще­ствен­ная пози­ция»

(про­ект «DAT» №15 (379) от 20 апре­ля 2017 г.

 

Смысл воль­ных строк

Пле­те­нье чепу­хи

blank

 

Дав­но наме­ре­ва­юсь ска­зать несколь­ко слов об уни­каль­ной лич­но­сти Айгуль Кемел­ба­е­вой. Подо­зре­ваю, что рус­ско­языч­ный чита­тель зна­ет ее явно недо­ста­точ­но. Меж­ду тем, в казах­ской лите­ра­ту­ре она успеш­но рабо­та­ет уже дав­но.

Учи­лась Айгуль на факуль­те­те жур­на­ли­сти­ки Каз­НУ име­ни аль-Фара­би, окон­чи­ла отде­ле­ние про­зы Мос­ков­ско­го лите­ра­тур­но­го инсти­ту­та име­ни М. Горь­ко­го, явля­ет­ся авто­ром несколь­ких сбор­ни­ков – рома­на, пове­стей, рас­ска­зов, очер­ков, ста­тей, эссе, лау­ре­а­том ряда лите­ра­тур­ных пре­мий, пишет так­же инсце­ни­ров­ки, сце­на­рии, пере­во­дит с рус­ско­го на казах­ский, а ино­гда – наобо­рот.

Я зна­ком с ней, сле­жу за ее твор­че­ством мно­гие годы, охот­но бесе­дую с ней на лите­ра­тур­ные темы.

В чем заклю­ча­ет­ся ее уни­каль­ность, или, про­ще гово­ря, коэф­фи­ци­ент полез­но­го дей­ствия? В том, что она все­сто­ронне обра­зо­ва­на, пора­зи­тель­но мно­го чита­ет и зна­ет не толь­ко казах­скую, рус­скую, но и миро­вую лите­ра­ту­ру, обла­да­ет тон­ким эсте­ти­че­ским вку­сом, вели­ко­леп­ной, цеп­кой памя­тью и уме­ет искус­но спле­тать раз­ные – ино­гда дико­вин­ные – фак­ты и явле­ния, сопря­гать их, выяв­лять их глу­бин­ную суть и созву­чия. У Абая это назы­ва­ет­ся «қиын­нан қиы­сты­рар ер дана­сы».

Это ред­кий дар. И, на мой взгляд, этот дар Айгуль осо­бен­но выра­зи­тель­но про­явил­ся в жан­ре эссе.

Эссе­ист­ка она при­рож­ден­ная, божьей мило­стью. Для это­го жан­ра у ней есть всё: проч­ный фило­соф­ский стер­жень, чет­кая систе­ма взгля­дов, пре­крас­ный слог, бога­тый лек­си­че­ский арсе­нал, глу­бо­кие лите­ра­тур­ные позна­ния, чут­кая зря­чая душа, откры­тое доб­рое серд­це, уме­ние искренне радо­вать­ся любой твор­че­ской уда­че, воль­но, рас­ко­ван­но гово­рить о том, о чем мол­чать уже нель­зя, невоз­мож­но, немыс­ли­мо.

В жан­ре эссе сре­ди казах­ских лите­ра­то­ров я дав­но заме­чаю пута­ни­цу и раз­брод. Неред­ко при­хо­дит­ся читать под видом эссе зауряд­ные ста­тьи, баналь­ные вос­по­ми­на­ния (под­ра­зу­ме­вая под эссе – естелік), плос­кие сен­тен­ции, слу­чай­ные зари­сов­ки и Бог зна­ет что. Всё неопре­де­лен­ное, зыб­кое, без­зу­бое и без­лич­ное, а часто пре­тен­ци­оз­ное – всё у нас эссе, будь то рас­сказ, очерк, сце­на­рий, роман.

Кто у нас пишет эссе? Пожа­луй, Дидар Аман­тай. Может, Ауэ­з­хан Кодар, Умит Тажи­ке­но­ва, Нур­га­ли Ораз.

И, несо­мнен­но, про­фес­си­о­наль­но, по скла­ду даро­ва­ния – Айгуль Кемел­ба­е­ва.

Этой точ­ки зре­ния я при­дер­жи­вал­ся и рань­ше. Теперь же, про­чи­тав ее бли­ста­тель­ное эссе «Ота­ма­лы» (ҚӘ, от 21.03.14), я окон­ча­тель­но убе­дил­ся в сво­ей право­те.

Что зна­чит «Ота­ма­лы»? О чем, соб­ствен­но, речь? О том пове­даю чуть ниже. А пока оста­нов­люсь на твор­че­ском штанд­пунк­те авто­ра. Она пола­га­ет, что истин­но­го писа­те­ля чита­тель нико­гда не забу­дет. Про­из­ве­де­ния насто­я­щих худож­ни­ков про­дол­жа­ют жить. Если и слу­ча­ют­ся некие пау­зы или даже забве­ния, то нена­дол­го, на опре­де­лен­ный срок. Потом спрос, инте­рес к их тво­ре­ни­ям вновь воз­на­граж­да­ет­ся, и они сно­ва игра­ют свою исто­ри­ко-эсте­ти­че­скую роль. Эссе­ист­ка назы­ва­ет име­на: Гер­ман Мел­вилл, Амброз Бирс, Эдгар Алан По, Говард Филипс Лав­крафт. Их одно вре­мя как бы напрочь забы­ли. Ныне они сно­ва вер­ну­лись в ряд клас­си­ков, то есть спол­на вер­ну­ли коэф­фи­ци­ент полез­но­го дей­ствия.

Я раз­де­ляю это мне­ние. Насто­я­щее не блек­нет. Не канет в Лету. Это все­ля­ет надеж­ду, ибо спра­вед­ли­во. И судь­бу под­лин­но­го про­из­ве­де­ния никто не про­ви­дит.

Мас­со­вый чита­тель скло­нен увле­кать­ся лишь вре­мен­ным, конъ­юнк­тур­ным, сию­ми­нут­ным. Толь­ко элит­ный, умный и дотош­ный чита­тель в состо­я­нии раз­гля­деть, осмыс­лить истин­ную цен­ность того или ино­го созда­ния.

И после это­го заме­ча­ния Айгуль пере­хо­дит к объ­ек­ту сво­е­го рас­суж­де­ния – полу­за­бы­то­го рас­ска­за «Ота­ма­лы» рано, еще в 1974 году скон­чав­ше­го­ся про­за­и­ка Тобы­ка Жар­ма­гам­бе­то­ва.

Он мой ровес­ник, и я его пони­маю. Как и дру­го­го мое­го ровес­ни­ка Аха­на Нур­ма­но­ва (роман «Гибель Кула­на»). Они вра­ща­лись в кру­гу наших дру­зей-шести­де­сят­ни­ков, одна­ко, в отли­чие от мно­гих нас, они уже тогда функ­ци­о­ни­ро­ва­ли как вполне сло­жив­ши­е­ся худож­ни­ки, авто­ры четы­рех-пяти книг.

Айгуль Кемел­ба­е­ва обсто­я­тель­но ана­ли­зи­ру­ет тра­ги­че­ский рас­сказ (точ­нее, пожа­луй, новел­лу) Тобы­ка, в кото­ром в мета­фо­ри­че­ской фор­ме была пода­на, рас­кры­та и все­сто­ронне осмыс­ле­на дра­ма­ти­че­ская судь­ба каза­хов.

«Ота­ма­лы» – так назы­ва­ет­ся отре­зок вре­ме­ни на сты­ке зимы и вес­ны; это пора нена­стья, бура­нов, гибель­ных мете­лей, сне­гов, дождей и сви­ре­пых вет­ров, когда зима ярост­но сопро­тив­ля­ет­ся при­хо­ду дол­го­ждан­ной, мило­сти­вой, спа­си­тель­ной вес­ны. Пора джу­та, мас­со­вой гибе­ли овец, жут­ких испы­та­ний, все­лен­ской беды.

«Ота­ма­лы» – раз­вер­ну­тая мета­фо­ра, охва­ты­ва­ю­щая судь­бу каза­хов на тра­ги­че­ском пере­ло­ме.

Айгуль где-то рас­ко­па­ла рус­ское сло­веч­ко «паде­ра» (ссы­ла­ясь на Чаплы­ги­на), яко­бы соот­вет­ству­ю­щее казах­ско­му «ота­ма­лы».

Сло­во «паде­ра» мне как-то не встре­ча­лась. На вся­кий слу­чай обра­тил­ся к Далю. Вот его тол­ко­ва­ние:

«Пáде­ра, пáдо­ра – нвг, пск, прм, сиб. буря с вих­рем, дождем, со сне­гом, зим­нее нена­стье, дряп­ня, мок­редь, метель, вью­га, при силь­ном вет­ре; зим­няя непо­годь, снег и ветер». И далее Даль по обык­но­ве­нию при­во­дит раз­ные при­ме­ры и выра­же­ния.

Вот что такое «ота­ма­лы». Подо­зре­ваю, что зна­че­ние это­го древ­не­го сло­ва и ред­ко кому из каза­хов извест­но.

А чаба­на тысяч­ной бай­ской ота­ры, остав­шей­ся по воле само­ду­ра-хозя­и­на в буран­ной сте­пи, героя рас­ска­за тоже зовут Ота­ма­лы.

Вот как всё спле­те­но в эссе Айгуль.

Эссе орна­мен­ти­ро­ва­но, про­ши­то ярки­ми цита­та­ми из рас­ска­за Тобы­ка Жар­ма­гам­бе­то­ва. И эти цита­ты напо­ми­на­ют стра­ни­цы «Ста­ри­ка и моря» Э. Хемин­гу­эя, «Пути Абая» М. Ауэ­зо­ва, «Або­ри­ге­на» Дукен­бая, поэм и ска­зов ряда казах­ских поэтов, «Буран» Т. Ахта­но­ва, фильм «Шал» Ерме­ка Тур­су­но­ва. И еще Айгуль впле­та­ет в кан­ву сво­е­го повест­во­ва­ния казах­ский, рус­ский, скан­ди­нав­ский фольк­лор, Машһу­ра Жусу­па, Гёте, Гого­ля, исто­ри­ка Л. Гуми­ле­ва, извест­ных линг­ви­стов, рас­кры­вая эти­мо­ло­гию сло­ва «Ота­ма­лы», пред­ла­гая свою фоне­ти­че­скую вер­сию, при­бе­гая к срав­ни­тель­но­му лите­ра­ту­ро­ве­де­нию, язы­ко­зна­нию, исто­рии, фило­со­фии, рели­гии. Сло­вом, это перо сво­бод­но­го поле­та. Это – рас­суж­де­ния, про­пу­щен­ное через серд­це. Это – поэ­ти­че­ские пла­сты миро­вос­при­я­тия. Это гра­ни куль­ту­ры. Это пир Духа. Это тво­ре­ние вдох­но­вен­но­го худож­ни­ка сло­ва.

Это эссе в под­лин­ном, пер­во­на­чаль­ном его зна­че­нии.

Это – Айгуль Кемел­ба­е­ва.

 

 

 

Заруб­ка на память

 

УЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ

сво­е­го началь­ни­ка?

 

Он все­му зна­ет цену, но ниче­го не уме­ет ценить.

***

Он чело­век не зло­па­мят­ный – сде­лал зло и забу­дет.

***

Он пло­хо знал тех, на ком женил­ся, зато пре­крас­но изу­чал тех, с кем раз­во­дил­ся.

***

Он про­дал все богат­ство. Теперь хочет про­дать свою не быв­шую в упо­треб­ле­нии совесть.

***

Он дает понят­ное каж­до­му пору­че­ние, но таки­ми сло­ва­ми, кото­рых не пони­ма­ет никто.

***

Он что-то в суб­бо­ту рас­те­рял­ся и чуть было трез­вым не про­вел день.

***

Он часто пута­ет сто грамм со стоп кра­ном, дер­неть и не оста­но­вит­ся.

***

Он обо­жа­ет пло­хие дни – бла­го­да­ря им начи­на­ет ценить хоро­шие.

***

Он может быть счаст­ли­вым толь­ко в двух состо­я­ни­ях: когда спит и когда пьёт.

***

Он как бого­бо­яз­нен­ный под­лец уве­рен в том, что бог не фра­ер, сво­их не кинет.

***

Он зна­ет о том, что тяже­ло нести несбы­точ­ную меч­ту, но и выбро­сить ее жал­ко.

***

Он как поря­доч­ный чело­век под­ло­сти дела­ет без удо­воль­ствия.

***

Он счи­та­ет пьян­ство не поро­ком, а сред­ством обще­ния.

***

Он хотел, что­бы весь мир ока­зал­ся у его ног, в резуль­та­те сам ока­зал­ся по коле­но в дерь­ме.

***

Он срав­ни­ва­ет про­бле­мы с шах­мат­ны­ми этю­да­ми, и мно­гих из них тоже реша­ет матом в три хода.

Аман­гель­ды КЕРИМТАВ,

г.Аягоз

Республиканский еженедельник онлайн