fbpx

ЗАБРЕЛ человек не в свой ОГОРОД

«Обще­ствен­ная пози­ция»

(про­ект «DAT» №09 (280) от 05 мар­та 2015 г.

 

И смех, и грех

или Ком­мен­та­рии кон­сер­ва­то­ра к умо­за­клю­че­ни­ям

рево­лю­ци­о­не­ра от линг­ви­сти­ки

 

Вошед­ший в нашу жизнь лет 30 тому назад плю­ра­лизм мне­ний стал при­выч­ным атри­бу­том сего­дняш­не­го дня. Это есте­ствен­ное пра­во обще­ства на сво­бо­ду выска­зы­ва­ния в дей­стви­тель­но­сти ока­зы­ва­ет­ся меда­лью с 2 сто­ро­на­ми. Ее обрат­ная сто­ро­на так­же изоби­лу­ет раз­но­об­ра­зи­ем сло­во­из­ли­я­ний и изоб­ра­же­ний от без­обид­ной глу­по­сти до непри­стой­ных, оскор­би­тель­ных, ино­гда про­во­ка­ци­он­ных (как в слу­чае с фран­цуз­ским изда­ни­ем «Шар­ли») «тво­ре­ний». И вся эта муть пре­вра­ща­ет­ся в печат­ную про­дук­цию, име­ю­щую свой­ство рас­про­стра­нять­ся.

К сожа­ле­нию, ино­гда этим гре­шат и серьез­ные, ува­жа­е­мые изда­ния, как еже­не­дель­ник «АиФ – Казах­стан». Раз­ве не абсурд­ная глу­пость то, что напе­ча­та­но в №27 (2014 г.) этой мас­со­вой газе­ты? Речь идет о замет­ке «Кир­гиз­ский алфа­вит про­ще казах­ско­го?», в кото­рой про­фес­сор Кас­пий­ско­го обще­ствен­но­го уни­вер­си­те­та Саин Темир­га­ли­ев раз­мыш­ля­ет о совре­мен­ном состо­я­нии и про­бле­мах казах­ско­го алфа­ви­та. Впро­чем, суди­те сами.

Сей­час в сре­де казах­стан­ской интел­ли­ген­ции обсуж­да­ет­ся вопрос о воз­мож­но­сти пере­хо­да от кирил­ли­цы на латин­ский алфа­вит (ини­ци­и­ро­ван­ный, кста­ти, пре­зи­ден­том рес­пуб­ли­ки). Есть горя­чие сто­рон­ни­ки этой идеи, есть и ярые про­тив­ни­ки. Оно и понят­но – вопрос име­ет фун­да­мен­таль­ное зна­че­ние и затра­ги­ва­ет все сто­ро­ны обще­ствен­но­го бытия – куль­ту­ру, обра­зо­ва­ние, нау­ку, поли­ти­ку и даже эко­но­ми­ку.

В нача­ле сво­их рас­суж­де­ний С.Темиргалиев при­во­дит ряд аргу­мен­тов в поль­зу сохра­не­ния ста­тус-кво в этом вопро­се. Неко­то­рые из них кажут­ся резон­ны­ми. Хотя вряд ли мож­но согла­сить­ся с его кате­го­рич­ным мне­ни­ем отно­си­тель­но мень­ше­го спро­са на казах­ские изда­ния. Ока­зы­ва­ет­ся, вся при­чи­на в том, что «…мно­гие каза­хи род­ной текст, изоб­ра­жен­ный при­выч­ной кирил­ли­цей, чита­ют очень мед­лен­но». Мне кажет­ся, что «очень мед­лен­но чита­ю­щие каза­хи» не то что про­яв­ля­ют какой-то инте­рес к казах­ским изда­ни­ям, они вооб­ще не при­тра­ги­ва­ют­ся к ним. И дело здесь не в ско­ро­сти чте­ния, а в эле­мен­тар­ном непо­ни­ма­нии чита­е­мо­го!

Когда же про­фес­сор пере­хо­дит к необ­хо­ди­мо­сти рефор­ми­ро­ва­ния алфа­ви­та и спо­со­бам его осу­ществ­ле­ния, хва­та­ешь­ся за голо­ву, не зная, то ли пла­кать, то ли сме­ять­ся?! Ни мно­го ни мало, он пред­ла­га­ет отме­нить суще­ству­ю­щий казах­ский алфа­вит и перей­ти на рус­ский. Вот дослов­но: «В совре­мен­ном казах­ском про­из­но­ше­нии прак­ти­че­ски исчез­ли нюан­со­вые раз­ли­чия меж­ду обыч­ны­ми бук­ва­ми и бук­ва­ми с хво­сти­ком «к» и «қ;», «г» и «ғ», а так­же меж­ду «х» и «h», «ы» и «i». Зачем нам три бук­вы «у»? Без боль­шо­го ущер­ба для язы­ка и про­из­но­ше­ния мож­но оста­вить по одной основ­ной бук­ве из кирил­ли­цы. Нали­чие лиш­них букв в нынеш­нем казах­ском алфа­ви­те услож­ня­ет пра­во­пи­са­ние и удли­ня­ет про­цесс обу­че­ния пись­му».

Во-пер­вых, то, что про­фес­сор назы­ва­ет «совре­мен­ным казах­ским про­из­но­ше­ни­ем», не что иное, как про­из­но­ше­ние ино­стран­цев (при­чем нетюрк­ско­го про­ис­хож­де­ния), толь­ко при­сту­пив­ших к изу­че­нию казах­ско­го язы­ка. Или каза­хов, с моло­ком мате­ри впи­тав­ших дру­гой язык и вырос­ших в ино­языч­ной сре­де (как пра­ви­ло, это вид­но по уме­нию или неуме­нию про­из­но­сить бук­ву «ң»).

Во-вто­рых, совре­мен­ный казах­ский алфа­вит, раз­ра­бо­тан­ный в свое вре­мя уче­ны­ми-язы­ко­ве­да­ми, мак­си­маль­но адап­ти­ро­ван к осо­бен­но­стям язы­ка и нор­мам про­из­но­ше­ния. Там нет ниче­го лиш­не­го! Все 9 букв «с хво­сти­ком, пере­кла­ди­ной и чёр­точ­кой» несут функ­ци­о­наль­ную нагруз­ку в соот­вет­ствии с орфо­эпи­ей казах­ско­го язы­ка. Если для кыр­гыз­ско­го алфа­ви­та ока­за­лось доста­точ­ным вве­де­ние 3 спе­ци­фи­че­ских букв, то это не повод для пере­кра­и­ва­ния сво­е­го!

Сло­вом, казах­ский алфа­вит в нынеш­ном виде вполне удо­вле­тво­ря­ет потреб­но­сти язы­ка во всех сфе­рах жиз­ни. Если наш язык никак не может занять подо­ба­ю­щее его ста­ту­су место в повсе­днев­ной жиз­ни, то при­чи­ны, на мой взгляд, кро­ют­ся не в алфа­ви­те. Поэто­му вопрос заме­ны алфа­ви­та тре­бу­ет все­сто­рон­не­го, взве­шен­но­го обсуж­де­ния с уче­том всех обсто­я­тельств и реа­лий совре­мен­ной жиз­ни. Нема­ло­ва­жен и такой фак­тор, как недав­но создан­ный Евразий­ский эко­но­ми­че­ский союз.

А теперь пред­ста­вим на мину­ту (с содро­га­ни­ем, как в страш­ном сне), что пред­ло­же­ния г‑на Темир­га­ли­е­ва при­ня­ты. Тогда по его «упро­щен­но­му» алфа­ви­ту сло­ва «ұн» (мука) и «үн» (звук, голос) пре­вра­тят­ся в «ун», а «күн» (солн­це), «күң» (рабы­ня) и «құн» (пла­та, выкуп) – в еди­ное «кун». Толь­ко что же будут выра­жать эти, с поз­во­ле­ния ска­зать, сло­ва?! Как и «гуль» вме­сто «гүл» (цве­ток), «коль» вме­сто «көл» (озе­ро). Не гово­ря о том, что эти ново­вве­де­ния про­ти­во­ре­чат эле­мен­тар­ным про­из­но­си­тель­ным нор­мам язы­ка. И таких слов, отли­ча­ю­щих­ся толь­ко одной бук­вой, но име­ю­щих совер­шен­но раз­лич­ный смысл, в казах­ском язы­ке най­дет­ся доб­рая сот­ня (если не боль­ше).

Чуд­но и забав­но зву­ча­ла бы (попро­буй­те напеть!) пес­ня на сло­ва Абая в тран­скрип­ции «по-темир­га­ли­ев­ски»:

 

Жел­сыз тун­де жарык ай

Сау­ле­сы суда дырыл­деп,

Аул­дын маны терен сай

Ага­ды озен гурыл­деп.

или

Козым­нын кара­сы,

Кон­лым­нын сана­сы.

Быт­пей­ды ыште­гы

Гашык­тын жара­сы.

 

Не могу оста­вить без вни­ма­ния и попут­ные про­фес­сор­ские мыс­ли. Пер­вое. «Непри­язнь» к бук­ве «в» (как, впро­чем, и к «ф», «ц», «ч», «щ», «э», «ь», «ъ») обу­слов­ле­на при­ро­дой язы­ка, а не при­хо­тью казах­ских фило­ло­гов.

Вто­рое. Сло­во «ауыл», ува­жа­е­мый про­фес­сор, каза­хи и пишут, и про­из­но­сят как «ауыл», а не «аул». Это в рус­ской тран­скрип­ции «ы» выпа­да­ло как лиш­нее зве­но вопре­ки нор­мам.

Поверь­те, не «фило­ло­ги зло­упо­треб­ля­ют бук­вой «ы», очень часто встав­ляя ее не к месту»(!). Это исто­ри­че­ски сло­жив­ша­я­ся реаль­ность под назва­ни­ем наци­о­наль­ный казах­ский язык. Не при­зна­вать ее, тем более без­апел­ля­ци­он­но при­зы­вать к пере­смот­ру ее усто­ев, – затея небла­го­дар­ная и пустая. Нель­зя же при­пи­сы­вать все­му обще­ству лич­ные про­бле­мы с род­ным язы­ком, пред­ла­гая абсурд­ные меры их реше­ния.

Из замет­ки непо­нят­но, какую область нау­ки пред­став­ля­ет про­фес­сор С. Темир­га­ли­ев. Воз­мож­но, он метал­лург, био­лог или систе­мо­тех­ник, кото­рый поль­зу­ет­ся род­ным язы­ком на при­ми­тив­но-быто­вом уровне, будучи убеж­ден­ным, что меж­ду бук­ва­ми «у», «ұ» и «ү» нет ника­кой раз­ни­цы и «без боль­шо­го ущер­ба для язы­ка» мож­но заме­нить их одной (зачем нам три бук­вы «у»?!). Тогда к его «инно­ва­ци­он­но-рево­лю­ци­он­ным» пред­ло­же­ни­ям мож­но было бы отне­стись с снис­хо­ди­тель­ной улыб­кой. Ну, забрел чело­век не в свой ого­род, с кем не быва­ет!

Если же он явля­ет­ся пред­ста­ви­те­лем гума­ни­тар­ных дис­ци­плин, более того, фило­ло­гии (пусть даже рус­ской), то все это весь­ма при­скорб­но. Неволь­но зада­ешь­ся вопро­сом, а каков же уро­вень пре­по­да­ва­ния и под­го­тов­ки спе­ци­а­ли­стов на госу­дар­ствен­ном язы­ке в этом Кас­пий­ском обще­ствен­ном уни­вер­си­те­те?!

Ерсін ОРДАБАЕВ,

про­фес­сор Пав­ло­дар­ско­го госу­дар­ствен­но­го

уни­вер­си­те­та име­ни С.Торайгырова

 

  • P.S. Ста­тья-отклик была напи­са­на сра­зу и отправ­ле­на в редак­цию «АиФ – Казах­стан», кото­рая после дол­гих раз­ду­мий отка­за­лась от ее пуб­ли­ка­ции. То ли из неже­ла­ния при­знать соб­ствен­ную оплош­ность при отбо­ре мате­ри­а­лов, то ли из дру­гих сооб­ра­же­ний…
Республиканский еженедельник онлайн