Свадьба как диагноз

Толь­ко в про­шлом номе­ре мы писа­ли о том, что Казах­стан ока­зал­ся на поро­ге рели­ги­оз­но­го мра­ко­бе­сия. Похо­же, ошиб­лись. Мра­ко­бе­сие не про­сто сто­ит у две­ри – оно уже пере­шаг­ну­ло порог, сня­ло обувь и, кажет­ся, соби­ра­ет­ся объ­яс­нить хозя­е­вам дома, как им теперь жить.

Осно­ва­ние для подоб­но­го утвер­жде­ния дали сра­зу две исто­рии со сва­деб – в Жана­о­зене и Ураль­ске. Но что­бы понять, что это не два слу­чай­ных эпи­зо­да и не про­сто стран­ная мода на «халал-той», доста­точ­но вспом­нить тре­тью исто­рию – ту самую сва­дьбу в Жеты­сае, о кото­рой в нача­ле авгу­ста гово­ри­ла прак­ти­че­ски вся стра­на. И вот три сва­дьбы уже скла­ды­ва­ют­ся в доволь­но тре­вож­ную картину.

Нач­нем с Жана­о­зе­на. Там сва­дьбу реши­ли про­ве­сти без песен и тан­цев. Муж­чи­ны пря­мо посре­ди бан­кет­но­го зала рас­сте­ли­ли молит­вен­ные ков­ри­ки и совер­ши­ли кол­лек­тив­ный намаз. Жен­щи­ны моли­лись отдель­но. Тама­да зара­нее объ­яс­нил гостям, каким будет «насто­я­щий халал-той»: «Жен­щи­ны отдель­но, муж­чи­ны отдель­но. Сего­дня музы­ки не будет. Вы не смо­же­те потан­це­вать. Песен тоже не будет».

А затем в бан­кет­ном зале зазву­ча­ло «Алла­ху акбар», и вме­сто при­выч­ной для казах­ской сва­дьбы музы­ки гости совер­ши­ли кол­лек­тив­ный вечер­ний намаз. Есте­ствен­но, каж­дый чело­век име­ет пра­во про­ве­сти соб­ствен­ную сва­дьбу так, как счи­та­ет нуж­ным. Хочет – пусть тан­цу­ет до утра, хочет – пусть вооб­ще не устра­и­ва­ет засто­лье, а хочет – чита­ет намаз весь вечер. Вопрос не в этом.

Дело в сло­вах «каким дол­жен быть насто­я­щий халал-той». Пото­му что за этой фор­му­ли­ров­кой уже скры­ва­ет­ся не про­сто лич­ный выбор. Она пред­по­ла­га­ет суще­ство­ва­ние неко­е­го един­ствен­но пра­виль­но­го фор­ма­та, кото­ро­му осталь­ные, полу­ча­ет­ся, долж­ны соответствовать.

Мож­но про­ве­сти халал-сва­дьбу без музы­ки. Но мож­но про­ве­сти ее и с музы­кой, пес­ня­ми, тан­ца­ми и весе­льем, не пре­вра­щая при этом тор­же­ство в алко­голь­ный шабаш. В кон­це кон­цов, ислам­ская куль­ту­ра куда раз­но­об­раз­нее, чем несколь­ко запре­тов, ско­пи­ро­ван­ных из роли­ков в соци­аль­ных сетях.

В Ураль­ске тем вре­ме­нем состо­я­лась еще одна «халал-сва­дьба». Здесь муж­чин и жен­щин раз­де­ли­ли уже совер­шен­но осно­ва­тель­но: раз­ные залы, раз­ные веду­щие, раз­ные офи­ци­ан­ты. Муж­чин обслу­жи­ва­ли муж­чи­ны, жен­щин – жен­щи­ны. А на почет­ном месте, где обыч­но сидят жених и неве­ста, ока­зал­ся жених и его друг. Неве­сту на опуб­ли­ко­ван­ном видео вооб­ще не пока­за­ли, как и жен­ский зал.

Интер­нет, разу­ме­ет­ся, не удер­жал­ся от шуток. Неко­то­рые поль­зо­ва­те­ли заме­ти­ли, что со сто­ро­ны это уже боль­ше напо­ми­на­ет сва­дьбу двух муж­чин, чем тра­ди­ци­он­ный казах­ский той. Мож­но сме­ять­ся. Мож­но иро­ни­зи­ро­вать. Но за всей этой коме­ди­ей есть вещь гораз­до менее смеш­ная. Посте­пен­но меня­ет­ся само пред­став­ле­ние о том, что явля­ет­ся нормой.

Еще вче­ра тра­ди­ци­он­ная казах­ская сва­дьба с дом­брой, пес­ня­ми, тан­ца­ми, шут­ка­ми, состя­за­ни­я­ми, тоста­ми и шум­ным засто­льем была совер­шен­но есте­ствен­ной частью нашей куль­ту­ры. Сего­дня нам уже начи­на­ют объ­яс­нять, что насто­я­щая, то есть «пра­виль­ная» сва­дьба долж­на выгля­деть совсем ина­че. А зав­тра кто-нибудь решит объ­яс­нить, что тра­ди­ци­он­ная сва­дьба вооб­ще явля­ет­ся пере­жит­ком про­шло­го. Соб­ствен­но, тре­тий слу­чай мы уже видели.

В нача­ле авгу­ста на сва­дьбе в Жеты­сае 66-лет­ний муж­чи­на во вре­мя сво­е­го выступ­ле­ния решил рас­ска­зать при­сут­ству­ю­щим, каким дол­жен быть «пра­виль­ный» той. По его мне­нию, там не долж­но быть алко­го­ля, музы­ки и арти­стов, муж­чин и жен­щин сле­ду­ет рас­са­жи­вать отдель­но. Пев­цов он назвал «гла­ша­та­я­ми шай­та­на», а жен­щин – «сам­ка­ми».

После того как видео разо­шлось по соц­се­тям, поли­ция воз­бу­ди­ла уго­лов­ное дело по ста­тье 174 УК РК – по подо­зре­нию в раз­жи­га­нии рели­ги­оз­ной и соци­аль­ной роз­ни. Муж­чи­ну задер­жа­ли и поме­сти­ли под стра­жу, а недав­но суд про­длил его арест еще на два меся­ца. Его дочь, разу­ме­ет­ся, счи­та­ет реше­ние чрез­мер­ным и зада­ет­ся резон­ным вопро­сом: дей­стви­тель­но ли 66-лет­ний чело­век пред­став­ля­ет такую опас­ность, что его необ­хо­ди­мо меся­ца­ми дер­жать в СИЗО?

Это уже вопрос к пра­во­охра­ни­тель­ной и судеб­ной систе­ме. Но нас сей­час инте­ре­су­ет дру­гое. Три сва­дьбы. Три раз­ных исто­рии. И одна общая тен­ден­ция. При­чем наи­бо­лее тре­вож­ным во всем этом мне кажет­ся даже не отсут­ствие музы­ки, раз­дель­ные залы или кол­лек­тив­ный намаз. Самое тре­вож­ное – это абсо­лют­ная уве­рен­ность этих людей в соб­ствен­ной право­те. Они не про­сто реши­ли жить так сами. Они уве­ре­ны, что имен­но так долж­ны жить все.

А все осталь­ные – непра­виль­но. Имен­но здесь начи­на­ет­ся насто­я­щая про­бле­ма. Пото­му что чело­век, кото­рый счи­та­ет себя един­ствен­ным обла­да­те­лем исти­ны, очень быст­ро пере­ста­ет вос­при­ни­мать чужой выбор как про­сто дру­гой. Для него дру­гой выбор ста­но­вит­ся непра­виль­ным, затем гре­хов­ным, а потом недопустимым.

Сего­дня речь идет о сва­дьбе. Зав­тра о музы­ке, затем об одеж­де. Потом о том, как долж­ны вос­пи­ты­вать детей дру­гие семьи. Рано или позд­но обя­за­тель­но воз­ни­ка­ет вопрос: поче­му госу­дар­ство и обще­ство вооб­ще поз­во­ля­ют людям жить «не по истин­но­му шари­а­ту»? Это не фан­та­зия. В соци­аль­ных сетях уже доста­точ­но подоб­ных «про­по­ве­дей». При­чем неко­то­рые из них идут зна­чи­тель­но даль­ше сва­деб­ной тема­ти­ки. В них фак­ти­че­ски отри­ца­ет­ся все казах­ское – от тра­ди­ций и обы­ча­ев до язы­ка и культуры.

Один из таких «дея­те­лей» уже заявил, что казах­ский язык яко­бы на 70 про­цен­тов состо­ит из ара­биз­мов. Мож­но, конеч­но, ска­зать: ну мало ли что чело­век гово­рит в интер­не­те. Но про­бле­ма в том, что его слу­ша­ют. И слу­ша­ют очень внимательно.

Про­фес­си­о­наль­ный фило­лог без тру­да объ­яс­нит, поче­му подоб­ное утвер­жде­ние не выдер­жи­ва­ет эле­мен­тар­ной кри­ти­ки. Но для ауди­то­рии этих интер­нет-про­по­вед­ни­ков науч­ные аргу­мен­ты зача­стую уже не име­ют зна­че­ния. Если ска­зал «шейх», «устаз» или про­сто чело­век, уве­рен­но гово­ря­щий от име­ни рели­гии, зна­чит, так оно и есть. Пас­та уве­ро­ва­ла настоль­ко, что пере­ста­ла зада­вать вопро­сы. А это уже опас­нее любо­го отдель­но взя­то­го роли­ка. Пото­му что рели­ги­оз­ная вера сама по себе не тре­бу­ет отка­за от соб­ствен­но­го народа.

Мож­но быть мусуль­ма­ни­ном и любить дом­б­ру. Мож­но соблю­дать пост и ува­жать наци­о­наль­ные тра­ди­ции. Мож­но ходить в мечеть и знать исто­рию сво­е­го наро­да. Мож­но не упо­треб­лять алко­голь и при этом не объ­яв­лять музы­кан­тов «гла­ша­та­я­ми шай­та­на». Мож­но быть глу­бо­ко веру­ю­щим чело­ве­ком и при этом пони­мать, что твоя вера не лицен­зия на уни­же­ние людей, кото­рые дума­ют иначе.

Более того, ислам в Казах­стане нико­гда не суще­ство­вал в каком-то куль­тур­ном ваку­у­ме. Казах­ский народ века­ми был мусуль­ман­ским и одно­вре­мен­но сохра­нял соб­ствен­ные обы­чаи, язык, музы­ку, семей­ные тра­ди­ции и пред­став­ле­ния о достоинстве.

Дом­б­ра не появи­лась в Казах­стане вче­ра, что­бы теперь про­хо­дить экза­мен на соот­вет­ствие чье­му-то пред­став­ле­нию о «пра­виль­но­сти». Имен­но поэто­му осо­бен­но опас­но, когда рели­гию начи­на­ют исполь­зо­вать для про­ти­во­по­став­ле­ния чело­ве­ка соб­ствен­ной культуре.

Сего­дня нам гово­рят: не тан­цуй. Зав­тра: не слу­шай дом­б­ру. После­зав­тра: не празд­нуй Наурыз, пото­му что это «непра­виль­но». А затем кто-нибудь обя­за­тель­но спро­сит: зачем тебе вооб­ще казах­ский язык, если он, ока­зы­ва­ет­ся, на 70 про­цен­тов состо­ит из арабизмов?

И вот тут мы упи­ра­ем­ся в гораз­до более серьез­ную про­бле­му. Это толь­ко вопрос вре­ме­ни, когда эти люди нач­нут тре­бо­вать от дру­гих соблю­де­ния тех самых пра­вил «истин­но­го шари­а­та», кото­рые сего­дня они доб­ро­воль­но выби­ра­ют для себя. Пото­му что логи­ка любо­го фун­да­мен­та­лиз­ма про­ста: если я знаю абсо­лют­ную исти­ну, поче­му дру­гие име­ют пра­во жить иначе?

Вот толь­ко Казах­стан не мона­стырь и не рели­ги­оз­ная общи­на. Это свет­ское госу­дар­ство, где чело­век име­ет пра­во верить, не верить, соблю­дать рели­ги­оз­ные пред­пи­са­ния или не соблю­дать их. И это пра­во долж­но рабо­тать в обе стороны.

Веру­ю­щий не дол­жен быть объ­ек­том насме­шек или дис­кри­ми­на­ции. Но и неве­ру­ю­щий, свет­ский чело­век или про­сто чело­век дру­гой куль­ту­ры не обя­зан сда­вать экза­мен на соот­вет­ствие чужим рели­ги­оз­ным пред­став­ле­ни­ям. И уж тем более никто не име­ет пра­ва объ­яв­лять наци­о­наль­ную куль­ту­ру чем-то вто­ро­сте­пен­ным толь­ко пото­му, что она не поме­ща­ет­ся в его кар­ти­ну мира.

Самое непри­ят­ное заклю­ча­ет­ся в том, что мы уже видим не отдель­ные эпи­зо­ды, а пер­вые при­зна­ки систем­но­го явле­ния. Две новые сва­дьбы ста­ли инфор­ма­ци­он­ным пово­дом. Тре­тья, исто­рия в Жеты­сае, уже напо­ми­на­ни­ем о том, насколь­ко быст­ро подоб­ная рито­ри­ка может перей­ти от раз­го­во­ров к пря­мым оскорб­ле­ни­ям и кон­флик­ту с зако­ном. Поэто­му вопрос сего­дня вовсе не в том, мож­но ли устра­и­вать «халал-той». Конеч­но, можно.

Вопрос в дру­гом: оста­нет­ся ли это лич­ным выбо­ром чело­ве­ка или посте­пен­но пре­вра­тит­ся в тре­бо­ва­ние ко все­му обще­ству? Вот за этим нуж­но сле­дить осо­бен­но вни­ма­тель­но. Пото­му что мра­ко­бе­сие дей­стви­тель­но ока­за­лось не на поро­ге. Оно уже внут­ри. И хуже все­го не то, что оно вошло. Хуже все­го то, что оно уве­рен­но при­шло не в гости, а домой. А всех осталь­ных, похо­же, соби­ра­ет­ся убе­дить, что это мы здесь живем неправильно.

Қай­рат Қай­кенұ­лы, «D»