Обращение к ООН: хватит выражать озабоченность

Пре­зи­дент Казах­ста­на Касым-Жомарт Тока­ев на Анта­лий­ском дипло­ма­ти­че­ском фору­ме высту­пил с почти реви­зи­ей всей систе­мы Орга­ни­за­ции Объ­еди­нен­ных Наций – от Сове­та Без­опас­но­сти до уста­рев­ших фор­му­ли­ро­вок в Уста­ве. Глав­ный тезис: мир уже живет вне ООН, и если орга­ни­за­ция не изме­нит­ся, она рис­ку­ет окон­ча­тель­но остать­ся деко­ра­ци­ей. На тра­ди­ци­он­ном меро­при­я­тии в этом году участ­во­ва­ли 25 глав госу­дарств и пра­ви­тельств, три вице-пре­зи­ден­та, более 50 мини­стров и вице-премьеров.

Пере­го­во­ры без ООН, реше­ния без Совбеза

Высту­пая в кон­гресс-цен­тре NEST в рам­ках фору­ма в Анта­лье, Касым-Жомарт Тока­ев заявил, что клю­че­вые меж­ду­на­род­ные пере­го­во­ры все чаще про­хо­дят за пре­де­ла­ми ООН и дру­гих круп­ных инсти­ту­тов. Поли­ти­ки встре­ча­ют­ся «в отдель­ных сто­ли­цах и кон­фе­ренц-залах», но не под эги­дой орга­ни­за­ции, кото­рая фор­маль­но долж­на быть глав­ной пло­щад­кой для уре­гу­ли­ро­ва­ния кон­флик­тов. По его сло­вам, роль ООН как посред­ни­ка замет­но сни­зи­лась, и это уже не тре­вож­ный сиг­нал, а почти диа­гноз. При этом основ­ное пре­пят­ствие, по вер­сии Тока­е­ва, это сами посто­ян­ные чле­ны Сове­та Без­опас­но­сти, кото­рые «неред­ко бло­ки­ру­ют реше­ние клю­че­вых гло­баль­ных проблем».

На этом фоне пре­зи­дент Казах­ста­на сде­лал акку­рат­ный, но лег­ко чита­е­мый выпад в сто­ро­ну круп­ных дер­жав: «сред­ние» стра­ны – такие, как Казах­стан и Тур­ция, – сего­дня зача­стую про­яв­ля­ют боль­шую ответ­ствен­ность, чем те, кто сидит в Сов­бе­зе с пра­вом вето. Речь идет о роли так назы­ва­е­мых middle powers – госу­дарств, кото­рые не пре­тен­ду­ют на гло­баль­ное доми­ни­ро­ва­ние, но актив­но участ­ву­ют в дипло­ма­тии и меж­ду­на­род­ных про­цес­сах. По мне­нию Тока­е­ва, имен­но они сего­дня чаще демон­стри­ру­ют прак­ти­че­скую вовле­чен­ность, в отли­чие от «боль­ших игро­ков», спо­соб­ных забло­ки­ро­вать почти любое решение.

«В ООН все сло­ма­но», и это уже не метафора

Отдель­но Тока­ев напом­нил о кри­ти­ке, про­зву­чав­шей ранее от Дональ­да Трам­па, кото­рый на сес­сии Генассам­блеи в про­шлом году высме­ял нера­бо­та­ю­щие эле­мен­ты инфра­струк­ту­ры штаб-квар­ти­ры ООН – от теле­суф­ле­ра до эска­ла­то­ра. Гла­ва Казах­ста­на с этой оцен­кой согла­сил­ся, но уточ­нил: про­бле­ма куда глуб­же. По его сло­вам, «весь про­цесс под­дер­жа­ния мира нару­шен» не толь­ко в самой ООН, но и в дру­гих меж­ду­на­род­ных струк­ту­рах. И если рань­ше это мож­но было спи­сать на вре­мен­ные кри­зи­сы, то сей­час речь идет о систем­ном сбое.

Вопрос не в ген­се­ке, а в выжи­ва­нии системы

Обсуж­де­ния о том, кто ста­нет сле­ду­ю­щим гене­раль­ным сек­ре­та­рем ООН, Тока­ев назвал вто­ро­сте­пен­ны­ми. Куда важ­нее, по его мне­нию, отве­тить на вопрос: смо­жет ли орга­ни­за­ция в прин­ци­пе сохра­нить­ся в нынеш­нем виде?

Этот тезис он под­кре­пил лич­ным опы­том. Ранее Тока­ев зани­мал пост заме­сти­те­ля гене­раль­но­го сек­ре­та­ря ООН, что, как напом­нил моде­ра­тор сес­сии Мев­лют Чаву­шо­глу, дает ему пра­во гово­рить о про­бле­мах систе­мы не со сто­ро­ны, а изнут­ри. Отдель­ный блок кри­ти­ки кос­нул­ся само­го Уста­ва ООН. Доку­мент, при­ня­тый почти 80 лет назад, до сих пор содер­жит поло­же­ния о «вра­же­ских госу­дар­ствах» – кате­го­ри­ях, кото­рые, по сло­вам Тока­е­ва, дав­но не соот­вет­ству­ют реаль­но­сти. Пара­докс в том, что стра­ны, когда-то попа­дав­шие под эти опре­де­ле­ния, сего­дня игра­ют важ­ную роль в финан­си­ро­ва­нии и под­держ­ке самой орга­ни­за­ции. И это, мяг­ко гово­ря, стран­но, как если бы в Пра­ви­лах дорож­но­го дви­же­ния до сих пор упо­ми­на­лись кареты.

Рефор­ма ради выживания

Пре­зи­дент Казах­ста­на при­звал к «кар­ди­наль­но­му рефор­ми­ро­ва­нию» ООН, вклю­чая повы­ше­ние ее эффек­тив­но­сти и авто­ри­те­та. В чис­ле при­о­ри­те­тов избав­ле­ние от уста­рев­ших под­хо­дов и адап­та­ция к новым гло­баль­ным усло­ви­ям, вклю­чая вли­я­ние искус­ствен­но­го интел­лек­та на меж­ду­на­род­ные про­цес­сы. При этом он под­черк­нул, что раз­го­во­ры о рефор­ме ведут­ся деся­ти­ле­ти­я­ми, но чаще все­го закан­чи­ва­ют­ся «очень кра­си­вы­ми выступ­ле­ни­я­ми и декларациями».

Клю­че­вой акцент Тока­ев сде­лал на необ­хо­ди­мо­сти пере­хо­да к пре­вен­тив­ной дипло­ма­тии: то есть не реа­ги­ро­вать на кон­флик­ты пост­фак­тум, а учить­ся их пред­ска­зы­вать и предот­вра­щать. По его сло­вам, меж­ду­на­род­ное сооб­ще­ство долж­но сосре­до­то­чить­ся на про­гно­зи­ро­ва­нии реги­о­наль­ных и гло­баль­ных кри­зи­сов, а не на бес­ко­неч­ном обсуж­де­нии уже слу­чив­ших­ся катастроф.

Несмот­ря на жест­кую кри­ти­ку, Касым-Жомарт Тока­ев под­черк­нул, что оста­ет­ся сто­рон­ни­ком мно­го­сто­рон­ней дипло­ма­тии и верит в воз­мож­ность рефор­ми­ро­ва­ния систе­мы. В его вер­сии буду­ще­го ООН это все еще центр гло­баль­но­го диа­ло­га, но толь­ко при усло­вии, что орга­ни­за­ция пере­ста­нет жить в логи­ке сере­ди­ны XX века. Пока же, судя по рито­ри­ке, мир все чаще реша­ет свои про­бле­мы в обход нее – как буд­то глав­ный меж­ду­на­род­ный инсти­тут пре­вра­тил­ся в зал ожи­да­ния, где все гово­рят о важ­ном, но реша­ют вопро­сы в дру­гом месте.

Тимур Иса, «D»