Пазл сошелся

Пре­зи­дент стра­ны собрал новую кон­фи­гу­ра­цию вла­сти

Послед­ний день лета ока­зал­ся богат на кад­ро­вые реше­ния, одна­ко сен­са­ции в них не обна­ру­жи­ва­ет­ся. Все три фами­лии дав­но нахо­ди­лись в поле зре­ния наблю­да­те­лей. Более того, если судить по ком­мен­та­ри­ям ана­ли­ти­ков, выбор Прези­ден­та выгля­дел вполне ожи­да­е­мым: сов­па­да­ют даже мне­ния экс­пер­тов о их про­фес­си­о­наль­ном соот­вет­ствии назна­чен­ным долж­но­стям.     

Курул­тай под­дер­жал Ерла­на Кари­на на посту вице-пре­зи­ден­та и Олжа­са Бек­те­но­ва – пре­мьер-мини­стром. Аида Бала­е­ва ука­зом Пре­зи­ден­та назна­че­на заме­сти­те­лем пред­се­да­те­ля Сове­та без­опас­но­сти. Если рас­смат­ри­вать эти реше­ния по отдель­но­сти, полу­чит­ся обыч­ная кад­ро­вая хро­ни­ка. Если сло­жить их вме­сте, то ста­но­вит­ся замет­но кое-что инте­рес­нее. Тока­ев не меня­ет коман­ду. Он пере­стра­и­ва­ет ее под сле­ду­ю­щий этап.

Из идео­ло­ги­че­ско­го шта­ба на вто­рой этаж вла­сти

Назна­че­ние Ерла­на Кари­на выгля­дит логич­ным про­дол­же­ни­ем его карье­ры. За годы пре­зи­дент­ства Тока­е­ва он про­шел путь от совет­ни­ка и помощ­ни­ка гла­вы госу­дар­ства до госу­дар­ствен­но­го сек­ре­та­ря, пер­во­го заме­сти­те­ля руко­во­ди­те­ля Адми­ни­стра­ции пре­зи­ден­та и теперь ока­зал­ся вице-президентом.

Он все это вре­мя зани­мал­ся тем, что обыч­но оста­ет­ся за кад­ром: объ­яс­нял, оформ­лял и сопро­вож­дал пре­зи­дент­ский курс. Фор­му­ли­ро­вал идео­ло­ги­че­ские кон­струк­ции, участ­во­вал в про­дви­же­нии реформ, моде­ри­ро­вал обще­ствен­ные дис­кус­сии и, что нема­ло­важ­но, при­ни­мал на себя часть кри­ти­ки. При этом он не пытал­ся пре­вра­тить свою пуб­лич­ную роль в само­сто­я­тель­ную поли­ти­че­скую карье­ру. Не стро­ил соб­ствен­ную пар­тий­ную инфра­струк­ту­ру, не созда­вал отдель­ный поли­ти­че­ский бренд и не всту­пал в пуб­лич­ные вой­ны с коллегами.

Для пре­зи­дент­ской систе­мы это доволь­но цен­ный набор качеств. Ерлан Карин был, по сути, идео­ло­ги­че­ским опе­ра­то­ром пре­зи­дент­ской вла­сти. При­чем его рабо­та не огра­ни­чи­ва­лась внут­рен­ней повест­кой. В ней при­сут­ство­ва­ла и свое­об­раз­ная «идео­ло­ги­че­ская дипло­ма­тия» – необ­хо­ди­мость объ­яс­нять и выстра­и­вать отно­ше­ния с Моск­вой и Пеки­ном, сохра­няя при этом казах­стан­скую поли­ти­че­скую рамку.

Теперь эта роль полу­чи­ла инсти­ту­ци­о­наль­ное оформ­ле­ние. Вице-пре­зи­ден­ту пред­сто­ит вза­и­мо­дей­ство­вать с Курул­та­ем и Пра­ви­тель­ством, коор­ди­ни­ро­вать рабо­ту госу­дар­ствен­ных инсти­ту­тов и выпол­нять зада­чи, опре­де­лен­ные Пре­зи­ден­том и Кон­сти­ту­ци­ей. Ины­ми сло­ва­ми, чело­век, кото­рый дол­гое вре­мя нахо­дил­ся рядом с цен­тром при­ня­тия реше­ний, теперь полу­чил офи­ци­аль­ный ста­тус одно­го из клю­че­вых эле­мен­тов это­го цен­тра. При­чем без соб­ствен­но­го элек­то­раль­но­го ман­да­та и без отдель­ной поли­ти­че­ской маши­ны. Зато с пря­мым досту­пом к пре­зи­дент­ско­му контуру.

Пре­мьер, кото­ро­му доста­лись ста­рые про­бле­мы

С Олжа­сом Бек­те­но­вым еще про­ще. Его сохра­не­ние на посту пре­мьер-мини­стра тоже не ста­ло сюр­при­зом. Он про­шел путь от руко­во­ди­те­ля Анти­кор­руп­ци­он­ной служ­бы до гла­вы Адми­ни­стра­ции пре­зи­ден­та, а затем воз­гла­вил Пра­ви­тель­ство. За это вре­мя сфор­ми­ро­вал репу­та­цию систем­но­го управ­лен­ца и чело­ве­ка, кото­рый ско­рее выпол­ня­ет постав­лен­ные зада­чи, чем пыта­ет­ся пре­вра­тить долж­ность в лич­ный поли­ти­че­ский про­ект. Для нынеш­ней кон­струк­ции вла­сти это, пожа­луй, важ­нее любых кра­си­вых харак­те­ри­стик.  Про­бле­ма в том, что теперь Бек­те­но­ву при­дет­ся отве­чать не за кад­ро­вую устой­чи­вость, а за эко­но­ми­че­скую реальность.

Казах­стан по-преж­не­му напо­ми­на­ет боль­шую стро­и­тель­ную пло­щад­ку: откры­ва­ют­ся объ­ек­ты, режут­ся лен­точ­ки, появ­ля­ют­ся новые про­ек­ты. Но за фаса­дом этой актив­но­сти оста­ют­ся кре­дит­ная нагруз­ка насе­ле­ния, изно­шен­ная инфра­струк­ту­ра, дефи­ци­ты и рас­ту­щая сто­и­мость госу­дар­ствен­ных решений.

А теперь еще и Курул­тай полу­чил допол­ни­тель­ные пол­но­мо­чия, вклю­чая воз­мож­ность выра­зить вотум недо­ве­рия Пра­ви­тель­ству. При доми­ни­ро­ва­нии пар­тии «Әділет» это может пре­вра­тить отно­ше­ния меж­ду Пар­ла­мен­том и Каби­не­том мини­стров в гораз­до более пред­мет­ный раз­го­вор. Вре­ме­на, когда отчет мож­но было счи­тать убе­ди­тель­ным уже пото­му, что в нем мно­го стра­ниц и кра­си­вых гра­фи­ков, рано или позд­но заканчиваются.

Бек­те­нов ока­зы­ва­ет­ся ров­но посе­ре­дине: свер­ху от него ждут испол­не­ния поли­ти­че­ских реше­ний, сни­зу хотят отве­та на вполне быто­вые вопро­сы эко­но­ми­ки. И здесь уже ника­кая кад­ро­вая пере­ста­нов­ка не поможет.

Бала­е­ва и новая зона ответ­ствен­но­сти

Назна­че­ние Аиды Бала­е­вой заме­сти­те­лем пред­се­да­те­ля Сове­та без­опас­но­сти выгля­дит менее оче­вид­ным. Но толь­ко на пер­вый взгляд. Совет без­опас­но­сти недав­но изме­нил свою аппа­рат­ную кон­фи­гу­ра­цию, вый­дя из струк­ту­ры Адми­ни­стра­ции пре­зи­ден­та. На этом фоне появ­ле­ние там Бала­е­вой выгля­дит как попыт­ка уси­лить не толь­ко сило­вую, но и соци­аль­но-инфор­ма­ци­он­ную состав­ля­ю­щую рабо­ты Сов­беза. Опыт у нее соот­вет­ству­ю­щий: Бала­е­ва успе­ла пора­бо­тать на направ­ле­ни­ях, свя­зан­ных с соци­аль­ной, инфор­ма­ци­он­ной и куль­тур­ной поли­ти­кой. И это может ока­зать­ся важ­нее, чем кажет­ся. Совре­мен­ная без­опас­ность дав­но пере­ста­ла быть исклю­чи­тель­но вопро­сом сило­вых ведомств. Обще­ствен­ные настро­е­ния, инфор­ма­ци­он­ная поли­ти­ка, соци­аль­ная устой­чи­вость и спо­соб­ность госу­дар­ства объ­яс­нять соб­ствен­ные реше­ния ста­но­вят­ся частью той же систе­мы без­опас­но­сти. В этом смыс­ле назна­че­ние Бала­е­вой вполне укла­ды­ва­ет­ся в общую логи­ку послед­них решений.

Прав­да, у любо­го кад­ро­во­го реше­ния есть один эффект: осво­бож­да­ют­ся крес­ла. В дан­ном слу­чае речь идет о долж­но­сти пер­во­го заме­сти­те­ля руко­во­ди­те­ля Адми­ни­стра­ции пре­зи­ден­та, соци­аль­но­го вице-пре­мье­ра и мини­стра куль­ту­ры и инфор­ма­ции. А это уже сле­ду­ю­щий раунд кад­ро­вой интриги.

Не рево­лю­ция, а настрой­ка

Если посмот­реть на всю кон­струк­цию цели­ком, ста­но­вит­ся оче­вид­но: речь идет не о смене поли­ти­че­ско­го кур­са. Касым-Жомарт Тока­ев не стал искать новых и мало­из­вест­ных игро­ков. Он сде­лал став­ку на тех, кого уже зна­ет и чью рабо­ту успел оце­нить. На вер­шине систе­мы оста­ет­ся сам Пре­зи­дент. Рядом с ним теперь появ­ля­ет­ся Карин – чело­век, мно­го лет отве­чав­ший за идео­ло­ги­че­ское сопро­вож­де­ние кур­са. Пра­ви­тель­ство про­дол­жа­ет воз­глав­лять Бек­те­нов. Курул­тай оста­ет­ся в руках Айбе­ка Даде­бая, Адми­ни­стра­цию пре­зи­ден­та воз­глав­ля­ет Роман Скляр. Состав систе­мы меня­ет­ся, но ее логи­ка оста­ет­ся преж­ней. Имен­но поэто­му нынеш­ние назна­че­ния пра­виль­нее вос­при­ни­мать не как кад­ро­вую рево­лю­цию, а как оче­ред­ную настрой­ку пре­зи­дент­ской вер­ти­ка­ли. Гла­ва госу­дар­ства, похо­же, пере­хо­дит от эта­па фор­ми­ро­ва­ния коман­ды к эта­пу про­вер­ки ее на эффективность.

А это уже совсем дру­гая исто­рия. Пото­му что кад­ро­вые пере­ста­нов­ки все­гда выгля­дят эффект­но. Новые долж­но­сти, новые фами­лии, новые пол­но­мо­чия и поли­ти­че­ский пазл дей­стви­тель­но скла­ды­ва­ет­ся кра­си­во. Но затем насту­па­ет скуч­ная и непри­ят­ная часть: нуж­но заста­вить всю кон­струк­цию работать.

И здесь глав­ный инте­рес пред­став­ля­ет уже не Карин, кото­рый полу­чил новый ста­тус, и не Бала­е­ва, кото­рой достал­ся новый фронт. Глав­ный экза­мен, как нетруд­но дога­дать­ся, у Бек­те­но­ва. Пре­мье­ру доста­лись те же про­бле­мы, кото­рые были вче­ра. Толь­ко теперь рядом с ним будет новая кон­фи­гу­ра­ция вла­сти и новые поли­ти­че­ские воз­мож­но­сти для кон­тро­ля за Правительством.

Пазл дей­стви­тель­но сошел­ся. Теперь оста­лось выяс­нить, выдер­жит ли собран­ная кар­тин­ка реальность.

Арлан Икрам, «D»